Писем от Батюшки опять долго не было и мы беспокоились. Второе письмо от 8 февраля пришло только 28 февраля. Из него мы узнали, что Батюшка имел право писать только один раз в месяц. Незадолго до получения письма я увидела во сне Батюшку. Он невеселый, сумрачный, усталый сидел на скамеечке около свечного ящика, в церкви Григория Неокесарийского. Я подошла к нему, спросила, что с ним? «Я устал очень,- ответил Батюшка,- все земные поклоны кладу, три тысячи положил и надо мне еще тысячу поклонов положить».
Письмо Батюшки нас не порадовало, а опять огорчило, потому что приоткрыло уголок завесы, скрывавшей от нас Батюшку и показало нам его страдания. Вот что писал Батюшка о себе: «Сплю на верхних нарах. В моем распоряжении 2 ½ аршина длины и 3/5 аршина ширины. Тут и все мое имущество, которое частью висит и лежит над головой. Работаю по восемь — девять часов в день рабочим на лесопильном заводе при ящичной мастерской. Моя работа — выгребать опилки